— Ты понимаешь, мне моя свобода дороже всего! Я не могу себя ничем связать.
— Отношение — это не связать…
— Нет, это связать… Я так долго добивался своей свободы. Я не хочу обременять себя снова.
— Но та свобода, о которой ты говоришь, это изоляция.

Они смотрели в разные стороны, сидя за одним столиком. Им принесли еду, которую никто уже не собирался кушать.

Как будто каждый из них достал свою подзорную трубу и выискивал новый курс.

— Ты хочешь свободы от обязательств.
— Да, я хочу наслаждаться.
— Но тогда ты лишь берешь и наслаждаешься, ничего не предлагая взамен.
— Ну как же… Ты можешь наслаждаться со мной вместе..
— Могу.. а могу наслаждаться завтра с кем-то другим.. если мы свободны от обязательств..
— Ну не завтра сразу же…
— Почему? Я же также свободна как и ты… Ты не можешь требовать от меня того, что сам не готов дать..
— Ну.. как же… Как это получается?..
— Ну точно также — свобода!

Она встала и ушла.
Он думал догнать ее, но ему принесли счёт, который он оплачивал не совсем свободно, отдав почти все деньги, что были при нем.

— Ало! Ты встала и ушла…
— Да! Я же свободный человек.
— Но ты не заплатила за себя..
— Ну я свободна и решила не брать этих обязательств, чтобы не сковывать себя..
— Ну мне пришлось заплатить за себя и тебя… И…
— Ты свободен не оплачивать счёт. Ты мог уйти..
— Ну как же? Я не мог …
— Ну тогда ты не совсем свободный… Ещё есть над чем работать. Хорошего дня!

Она шла под цветущими деревьями. Были мысли, что нужно поплакать, ведь на этом их роман закончен. Но вместо слез с каждый шагом ее плечи расслаблялись. Его свобода сползала с ее плеч, освобождала шею, талию и бедра.

«Целительная ходьба, крестный ход во имя свободы себя от свободы мужчины» — думала она и ее губы расплывались в улыбке от абсурда.

«Как же это произошло? Откуда этот абсурд. Хватит. У гейш в былые времена таких проблем точно не было. Интересно, как у них было, как они решали похожие задачи» — с этими мыслями она шла ко сну.

Ночью во сне она попала в чайный дом, где ее пригласили на чайную церемонию. Ее подготовили, переодели и провели в главный зал. Там сидела гейша с невозмутимым спокойствием воина самурая.

— Присядь пожалуйста. Я отвечу на твой вопрос. Да, на тот, что ты задала вечером в своих мыслях.
— …
— Истинная гейша не будет принимать в своем ложе недостойного воина.
— …но тогда будет спать одна…
— Не страшно спать одной, страшно спать не с тем. Ведь свой Инь ты обмениваешь на его Ян, чтобы обрести чувство целостности. И если тебе одной лучше, чем без него, то твой Инь и его Ян не образуют Дао.
Обретая Дао, мы обретаем себя. А это возможно в полном растворении в Любви или в бою.

Тишина прервала их разговор и указала на чай. Они молча пили чай до самого рассвета и каждая молчала о своем.
А утром после этого сна она проснулась совсем другой, совсем свободной.